Jul. 25th, 2017

anna_frid: (Default)
Кажется, в русском языке нет названия этой эмоции. Возникающей при столкновении с чем-то одновременно чудовищным и повсеместным, вроде пыток в полиции или правил российских больничных реанимаций.

Свекор был уже очень слаб, но в полном сознании, когда я его видела пару недель назад. Через два дня после моего отъезда жена вызвала ему скорую. Его раздели догола, отправили в реанимацию, и больше семья не видела его живым. Хотя еще несколько суток он был, повторяю, в сознании, и по-видимому, сам подписал согласие на операцию, после которой в сознание уже не пришел. Сегодня его хоронят.

Отдельно: конечно же, у больницы были все телефоны родственников, но о смерти пациента она сообщила им с опозданием часов на тринадцать. А просто так. Без особой причины.

Это чудовищно. Причем большая часть ужаса состоит в том, что это считают нормой и врачи, и пациенты, и их родственники. Но это чудовищно, и так быть не должно. Умирающий человек должен иметь возможность попрощаться с семьей, а последние воспоминания семьи не должны быть о потере достоинства и уносе за дверь. Да, конечно же, у больниц просто мало ресурсов, персонал просто перегружен и все такое, но для начала все они должны понять: это чудовищно и так быть не должно.

Одна из причин, несомненно - дикое табу на тему смерти. Никто не готов сказать вслух "он умирает" - или услышать это. Это табу приносит прямой и огромный вред.

Это не моя война. Более того, человека еще не похоронили, а я уже поймала себя на том, что хочу просто забыть эту историю, жить дальше и трепаться дальше на легкие темы, ну что теперь сделаешь. Он все равно умирал. Но что-то я сделать могу: написать вот, хотя бы.

Profile

anna_frid: (Default)
anna_frid

September 2017

S M T W T F S
     12
3456789
10 111213141516
171819202122 23
24252627282930

Most Popular Tags

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 25th, 2017 10:10 pm
Powered by Dreamwidth Studios